Политика на поле: как бойкоты и отстранения меняли историю чемпионатов мира

Лента бойкотов и отстранений тянется с самого первого розыгрыша, и в ней хватает эпизодов, от которых по спине пробегает холодок.

Когда уплывает действующий чемпион

В 1934 году Уругвай, четыре года назад поднявший над Монтевидео Кубок Мира, демонстративно отказался ехать в Италию. Причина была почти бытовой: в Уругвай в 1930-м приехали считаные европейские сборные, и южноамериканский чемпион воспринял это как пренебрежение. До сих пор это единственный случай в истории, когда действующий обладатель трофея пропустил следующий турнир. Обида за океаном — а пустое место в европейской сетке.

Четыре года спустя мундиаль во Франции обошелся без Аргентины и Уругвая — те требовали строгого чередования континентов. Австрия, пробившаяся через отбор, до турнира не добралась: за два месяца до старта страна была поглощена нацистской Германией. Испания тонула в гражданской войне. Футбол в те годы уступал место истории, и история была страшной.

Эпоха отстранений

Послевоенный мир перекраивал и турнирные карты. Германия и Япония, развязавшие Вторую мировую, были исключены из ФИФА и не допущены даже до отбора 1950 года. Швеция, принимавшая мундиаль 1958-го, запомнилась не только дебютом Пеле, но и историей сборной Израиля — завоеванное место в азиатско-африканской квоте обернулось серией отказов сыграть с ней. В итоге ФИФА устроила стыковой поединок с Уэльсом, и израильтяне остались ни с чем.

Спустя восемь лет вся Африка встала в один строй. ФИФА отдала объединенной квоте для Африки, Азии и Океании одну-единственную путевку — и Африканская конфедерация футбола отозвала свои сборные из отбора. Англия-1966 прошла без африканских команд, но не без африканских игроков: за Португалию, например, зажигал Эусебио, ставший лучшим бомбардиром турнира.

ЮАР не появлялась на мировых первенствах три десятилетия — с 1961-го по 1991-й страну отлучали от отбора за политику апартеида. Членство в ФИФА вернулось только после отмены расовой сегрегации, и дебют состоялся во Франции-1998, а домашний мундиаль африканцы приняли в 2010-м.

Гол в пустые ворота

Пожалуй, самая леденящая история связана с Чили-1974. СССР отказался проводить стыковой матч отбора на Национальном стадионе в Сантьяго — том самом, где военная хунта расстреливала политических оппонентов. ФИФА площадку не перенесла, и капитан чилийской сборной закатил мяч в незащищенные ворота. Путевка на мировое первенство была оформлена без борьбы — и эта страница до сих пор читается скорее как обвинительный акт, чем как футбольный сюжет.

Иран, впервые выступивший в Аргентине-1978, набрал одно очко в матче с Шотландией и пропал с мировой карты на два следующих цикла — после Исламской революции 1979 года команду в прежнем виде собрать уже было невозможно.

Лента разрывов не обрывается. Каждый такой эпизод — не строчка в протоколе, а трещина в самой идее «мирового праздника футбола». И всякий раз, когда кто-то остается за бортом, остается один и тот же вопрос: это политика использует игру — или игра вынуждена защищаться от политики?